Говорят, что всё в жизни повторяется, но события, только что пережитые Францией, до такой степени странны и своеобразны, что на них можно смотреть как на совершенно новую страницу всемирной истории.
С точки зрения экономической некоторое сходство с французской междоусобицей наших дней представляет только знаменитая американская война за освобождение негров – ожесточённая трёхлетняя борьба южан с северянами, хотя и прикрытая высокими морально-гуманитарными принципами, но в сущности вызванная совсем не идеальными мотивами, а непримиримым противоречием чисто экономических интересов юга и севера.
Во Франции, слава Богу, дело не дошло до открытой войны и ограничилось лишь вооружёнными демонстрациями с несколькими убитыми и ранеными, но в основе движения стояло то же самое разделение различных частей единой страны по их экономическим интересам.
Винодельческий юг, только что воскресший после страшных опустошений, нанесённых филлоксерой, быстро погибал и разорился от другого, ещё более неумолимого врага – от фальсификации вин, совершенно обесценивающей самые высокие и дорогие сорта и разрушающей самые источники благосостояния виноградарей.
Во французских законах начертаны довольно жестокие кары за подделку вина, но крупным подделывателям всегда удаётся ускользать от наказаний.
Благодаря подкупности республиканской администрации они могут заниматься своею вредною деятельностью совершенно безнаказанно.
При нынешнем развитии химии сельскохозяйственному виноградарству
немыслимо конкурировать на рынке с дешёвым подвальнолабораторным
производством вин. Искусственное виноделие без труда убивает
естественное и натуральное.
Национальная промышленность, питавшая целый
юг Франции, медленно гибнет на глазах выборного республиканского
правительства при немом молчании всесильного парламента и свободной, но
– увы! – продажной прессы.
И выборное от народа правительство, и
могущественная, но деморализованная партийная печать просмотрели
грандиозное движение, незаметно назревавшее в южных департаментах.
Равнодушие правительства к нуждам народа подготовило неизбежный
революционный взрыв.
Он разразился так неожиданно, что и местная, и
центральная власти были застигнуты им совершенно врасплох. Всё началось
с огромного съезда виноделов в Норбонне, завершившегося колоссальной
политической демонстрацией.
Десятки тысяч южных виноделов и
виноградарей открыто присоединились к выражению негодования по адресу
правительства и к чисто революционному постановлению о массовом отказе
от уплаты повинностей и податей.
Южная Франция отказалась быть
участницей общей государственной жизни на том основании, что
существующая государственная власть обнаруживает преступное невнимание
к её нуждам.
Раз республиканская власть не оказывает защиты законным
правам и интересам южан, пламенные южане не хотят давать ей средства и
поддерживать дальнейшее существование такой слепой и однобокой власти
взносами из своего кармана.
Поставленные между центральным
правительством и местным населением мэры поддержали демонстрацию
последнего поголовным оставлением своих полуказённых должностей.
Движение сразу получило необычайную силу вследствие того, что было
поддержано как крестьянской массою, кровно заинтересованной в
процветании виноградного дела, так и всем местным городским обществом и
представителями местной промышленной буржуазии, прекрасно понимающей,
что при разорении основного населения края нечего и мечтать о
процветании какой бы то ни было промышленности.
Из недр взбаламученного
народа тотчас же выделились несколько талантливых агитаторов, сумевших
встать во главе движения.
Как война родит героев, так и смута рождает
или, по крайней мере, выдвигает в первые ряды крупных общественных
деятелей.
<< [Первая] < [Предыдущая] 1 2 3 [Следующая] > [Последняя] >> 
