RSS экспорт с Вокруг Света
ГлавнаяУказатель От А до ЯПресс клубФото банкФантастикаСсылкиКонтактыКарта сайтаВидеоПогодаПоиск
Главное меню
Главная страница
Новости и факты
Пёстрый мир
Калейдоскоп
Мир путешествий
Мир открытий
Меридианы науки
Курьёзы истории
Земля людей
Мир природы
В небесах
По морям и океанам
По горам и пещерам
Культурное наследие
Назад в прошлое
Пресс клуб
Фантастика
Фото галерея
Интернет
Поиск
RSS у вас на сайте
Старая версия
Поддержка проекта
Избранное
Комментарии
Никифор Бегичев и ...
Сергей, если Вы случайно просм...
21/02/14 08:37 Еще...
От Данил

В метро без штанов
в метро без штанов
да уж весело... и чувствуешь с...
11/02/14 09:55 Еще...
От Татьяна

ABCD
Последнее в Фантастике
Популярное в Фантастике
Главная страница arrow Фантастика arrow Андрей Дмитрук arrow Сердобольный вампир
 
Сердобольный вампир Печать
Рейтинг: / 3
ХудшаяЛучшая 
Автор Андрей Дмитрук   

Не знаю сам, что в следующую секунду удержало меня на месте. Стервозное журналистское любопытство?.. Высоко подняв левую руку, он вдруг резко укусил себя за запястье, причем в раскрытом рту мелькнули две пары нешуточных, похожих на ятаганы клыков.

Покажи мне «вампир» эти клыки просто так, — вот, мол, признак кровососа, — я бы счел их искусственными. Теперь такие купить для какого-нибудь бала-маскарада, для шабаша на «хэллоуин» — раз плюнуть... Но гнутые желтые острия были продемонстрированы в работе, они пробили кожу руки. Собеседник не вскрикнул и не дернулся, будто кусал яблоко. Затем поднес укушенную руку к самым моим глазам...

— Смотрите, смотрите, как у меня идет кровь. Ну?..

Кровь у него, действительно, шла весьма странно, хоть раны были глубоки. Большие капли вязкой красно-коричневой субстанции выступили из проколов, чуть расплылись, да так и замерли. А потом стали буреть, сохнуть на глазах, трескаться...

Мужчина небрежно смахнул сухие темные комочки наземь. Четыре круглые ранки имели такой вид, словно укус случился на прошлой неделе.

Я огляделся. Поскольку тень от кустов переместилась, ближайшие к нам скамьи опустели, — а пенсионеры на дальних были явно слишком дряхлы и подслеповаты, чтобы увидеть выходку «вампира». По счастью, нашу лавку тень не покинула, — над нами склонялось целое дерево отцветшей сирени. Прошла мимо юная мамаша в белой косынке горошком, толкая коляску с малышом-космонавтом. Но она фанатично смотрела только вперед.

Чуть переведя дух после увиденного, я приготовился слушать, но уже совсем по-другому, чем прежде. И вправду что-то необычное сидело рядом, в облике беспутного атлета; очень необычное и, пожалуй, столь же несчастное...

— Вот так, — удовлетворенно сказал он и скрестил руки на груди. — Я думаю, теперь вы поверите, что я действительно то, о чем говорю... И что меня нельзя убить... э-э... многими обычными способами.

— Осиновый кол в сердце? — внезапно, к собственному ужасу, вырвалось у меня. Но он и ухом не повел.

— Нет, это ненадежно; тем более, и кожа, и кости у меня намного крепче, чем у обычного человека. Лучше всего удалить голову, — но мозг, вероятно, будет жить еще много дней. Надо его разрушить. Так что оптимально — голову под пресс... или под механический молот.

Потрясенный этим спокойным рассуждением о способах собственной ликвидации, я спросил:

— Вы хотите умереть?

Исподлобья глянув на меня, он ответил:

— Иногда хочется. Особенно после того, что я узнал. Может быть, я еще это сделаю. Есть очень сильные яды. Но сначала обязательно надо рассказать... чтоб знали... У вас можно сигарету?

Это было похоже на обычную просьбу приставучего бродяги, и я почувствовал себя немного спокойнее. Чувство легкой жути отступало перед профессиональным любопытством. Интересно, даст ли он себя сфотографировать? Лучше всего, с разинутым ртом и клыками... Нет, не даст. Да и «мыльницы» у меня с собой нет, надо договариваться о новой встрече... Хотя — все может быть. Сначала разговор.

Вручив ему «винстон» и дав прикурить от моей зажигалки, я предложил «рассказать все с самого начала». А он, видно, только того и ждал.

...Николай Стычинский (он назвал себя так) и родился, и вырос нормальным городским мальчиком. Впрочем, нормальный — немного не то слово. Начиная с середины восьмидесятых годов, на нашей земле нормально совсем другое... Коля был, в определенном смысле, блаженный.

Мало того, что его отец и мать, ученый секретарь архитектурного музея-заповедника и учительница русской литературы в школе, вырастили парня среди четырех тысяч книг и постоянных разговоров об отвлеченном и возвышенном. Мало того, что, несмотря на наставшую дороговизну путешествий, Колю свозили и в Третьяковку, и в Эрмитаж. У него еще была бабушка.

То есть, бабушек, как положено, наличествовало две (при одном живом дедушке). Но, если одна из них отличалась исключительно домовитостью и любовью к кошкам, то другая, вдова, стяжала немалую известность, как диетолог-целитель.

Собственно, Бронислава Вацлавовна именно еду и считала универсальным лекарством, — точнее, рацион и режим питания. По ее мнению, пища могла убить и могла продлить жизнь до лет патриарших, поскольку представляла собой «главный язык» общения человека с миром, код созидания и разрушения. Так вот: благодаря бабушке Броне, Николай лет в четырнадцать стал строгим вегетарианцем.

Вернее, лактовегетарианцем, — молочные продукты, особенно кефир и творог, бабушка очень даже рекомендовала. Но мясо, по ее мнению, несло смертоносную информацию — память о моменте гибели животного, о муках агонии.

Коля, и без того склонный втихомолку плакать о недостижимых идеалах, о жизни без зла и насилия, — принял все бабушкины мысли, как символ веры. Мать, по традиции, пыталась пичкать его телятиной, соблазняла «де-воляями» и отварным языком; боясь, что мальчик ослабеет и вообще не выживет, вела долгие, гневные и безрезультатные разговоры с бабушкой Броней (как раз, своей свекровью).

Но бабушка была кремень; да и Коля, мягкий-мягкий, достигнув пятнадцати лет, уже никому не позволял лепить свою жизнь. В конце концов, родители убедились, что Колины щеки неизменно тверды и розовы, а школьные оценки достаточно высоки — и отступились, позволив ему есть морковные котлеты вместо бифштексов.

Было у мальчика еще одно свойство, бабушкой не внушенное, но весьма его отличавшее от прочих школяров. Он не мог убить ничего живого — даже осу, успевшую ужалить, или зловредного муравья, забравшегося в носок.



 
« Пред.   След. »
Читать также


Фото банк
Facebook: Мне нравится

Случайные фото

В онлайне
Сейчас на сайте находятся:
4 гостей

Быстрая навигация
 

homo sapiens nasa авиация австралия автомобили алкоголь андрей дмитрук антарктида археология архитектура астероиды астрономия атмосфера африка бактерии бессмертие великобритания видео вода война вселенная генетика геология горы деньги деревья дети джаз динозавры днк долголетие древний египет древний человек египет женщины живопись животные загрязнения запах звезды здоровье земля змеи золото индейцы индия искусство исследования италия катастрофа киев кино китай климат компьютеры корабли космос кошки крылатые фразы крым лёд литература луна марс медицина музыка мусор насекомые обезьяны одежда окаменелости оружие пещеры планеты погода подводный мир полиция правосудие преступность причерноморье птицы путешественники путешествия разум раскопки растения рекорд россия рыбы собаки сокровища судостроение сша технологии транспорт туризм турция тюрьма украина факты фантастика финляндия фото франция черное море швейцария экология юмор язык япония

ВВЕРХ
ВВЕРХ

AllBest.Ru
© 2000-2020 Портал виртуальных путешествий Вокруг Света Discovery Magazine. All Rights Reserved