Брендан. К островам Блаженных
Автор Андрей Дмитрук   

«Брендан» — кельтская кожаная лодка. Проект Тима Северина
«Брендан» — кельтская кожаная лодка. Проект Тима Северина

Брендан. К островам Блаженных

В
мифах народов Старого и Нового Света встречаем это манящее название: Золотой Век.

О временах, когда над миром царил не Зевс-громовержец, жестокий и властный, а отец его, кроткий и мудрый Кронос (Время), древнегреческий поэт Гесиод говорит так:

Жили те люди, как боги, с спокойной и ясной душою,
Горя не зная, не зная трудов. И печальная старость
К ним приближаться не смела…
Большой урожай и обильный
Сами давали собой хлебодарные земли.

В «Метаморфозах» великого римлянина Овидия также читаем:

Первым посеян был век золотой, не знавший возмездья…
Сладкий вкушали покой безопасно живущие люди…

Да что там! Еще на месте Афин и Рима росли дикие леса, когда люди уже вздыхали о Золотом Веке, великолепном, но безвозвратно утраченном.

Обтесывая многотонные блоки для фараоновых гробниц, египтяне пели о давней счастливой поре, когда сами божественные супруги, Исида и Осирис, правили землей, даруя смертным покой и изобилие.

Огнепоклонники-иранцы славили в песнях век праведного царя Джамшида: даже коровы были тогда бессмертны, а на деревьях круглый год созревали чудо-плоды.

Индийские поэты рассказывали раджам и простолюдинам, как некогда длилась на земле беспечная эпоха Крита-юга: «Во всех городах и деревнях, на пастбищах и даже в мыслях у людей воцарилось счастье. Текли полноводные реки, на озерах цвел прекрасный лотос»…

Наверное, сквозила в этих сказках смутная, сильно идеализированная память народов о временах «первобытного коммунизма», без рабства и войн. Но было и другое. Загадочное. Не похожее на лишенный классовой розни, но бедный и однообразный уклад первобытных племен…


Современная кожаная лодка. Междуречье  
Современная кожаная лодка. Междуречье  

Древние легенды

Н
ачнем с того, что, если одни народы хранили предания о всемирном Золотом Веке, — другие локализовали блаженное царство на достаточно малых участках суши.

Вспомним стоящие где-то на Севере города скандинавских богов-асов Вальхаллу и Асгард, прославленное Н. Рерихом легендарное магическое царство Шамбалу, еврейский Эдем…

Но большинство мифов все же помещали чудесную страну на океанском острове или архипелаге. Случайно ли?..

Еще шумеры передавали своим детям сказания о «стране живых», райском острове Дильмун, где никто не знал бедности, болезней и смерти. Но неведомо было сказителям, лежит ли и до сей поры Дильмун в морях Юга…

Зато египетский автор, живший около 4000 лет назад, в своей «Сказке потерпевшего кораблекрушение» говорит об острове, погибшем в результате катастрофы!

Моряк был выброшен на клочок суши, где росли в изобилии «фиги, и виноград, и всякие прекрасные овощи, и плоды сикоморы, и огурцы, словно выращенные человеком».

А хозяином земли оказался гигантский змей в золотой чешуе, с человеческой головой. Назвав себя владыкой погибшей страны Пунт, он рассказал моряку скорбную историю о том, как «упала звезда с неба» и разрушила все его государство, уничтожила население.

«И вот ты расстанешься с этим местом», — говорит змей, — «и никогда не увидишь его, ибо превратится оно в воду». Эту фразу легко объяснить с точки зрения науки: очевидно, страшный удар «звезды» (метеорита, астероида?) расшатал скальные устои острова, привел к его постепенному разрушению. Остаток Пунта был обречен погрузиться в море…

А вот свидетельство старейшего из европейских писателей, Гомера. Волны выносят потерявшего свой корабль царя Одиссея (заметили сходство с египетской сказкой?) на остров Схерия, где живет счастливый, «любезный богам» народ феаков. Пораженный герой Троянской войны видит «пристани, в них бесконечный ряд кораблей, и народную площадь, и крепкие стены чудной красы»…

Могучее островное государство с многолюдными городами-крепостями, огромным флотом, процветающими ремеслами! Есть даже намеки на странно высокую технику: например, у входа в царский дворец сидят две собаки, сделанные из золота, но ведущие себя, как живые… этакие роботы древности.

Право, перед нами нечто более конкретное, чем Дильмун или даже остров Змея. Но вот что поразительнее всего: не успели феакийские мореходы отвезти Одиссея на родину, как из воды поднялась высокая гора и задвинула порт Схерии!

Тектоническая катастрофа? Похоже. Учинил ее бог морей Посейдон. Но ведь он, по Гомеру, родоначальник династии царей Схерии. А если верить философу Платону, от Посейдона происходят… цари погибшего острова (материка, архипелага?) Атлантиды!

Вряд ли это просто совпадение. Гибель великого, славного во всем мире, омываемого морем государства, чей архитектурный облик и роскошь быта производили на приезжих впечатление «Золотого Века», нашла отражение в мифах. Памяти хватило надолго, очень надолго.

Но уцелела и надежда: вдруг не все царство исчезло, остались какие-нибудь благодатные возделанные земли, где, может быть, живут остатки великого народа магов?..

Надежда эта бытовала не только в Европе. В пору царствования первого из китайских императоров, грозного Цинь Шихуанди, пронесся слух о том, что невдалеке от берегов Поднебесной есть остров, полный всяческого волшебства и изобилия.

С размахом, свойственным Китаю, никогда не скудному людьми, император снарядил поисковую (и одновременно завоевательную) экспедицию из… нескольких тысяч человек.

Флот ушел в Тихий океан и не вернулся. Быть может, погиб; но кое-кто из хронистов не без ехидства замечал, что посланные могли предпочесть уют тропического острова «счастливой» жизни дома, под топором деспота Цинь…

Плавание святого Брендана (гравюра)  

Плавание святого Брендана (гравюра)

 
Святой Брендан

П
очти аналогичная история случилась в Карфагене. До этой финикийской колонии дошла весть от моряков, что в океане лежат богатые необитаемые земли.

После того, как исчезло бесследно несколько посланных экспедиций, власти Карфагена мудро решили, что разведчики стали «невозвращенцами», и… запретили дальнейший поиск!

Еще в средние века европейские мореходы искали в океане Острова Блаженных. Один из таких островов сказочники называли Хай-Бразил или просто Бразил.

Когда португальцы открыли за Атлантикой большую тропическую страну, богатую плодами и иными сокровищами, они, не долго думая, дали своей новой колонии имя Бразилия...

К числу искомых земель счастья, безусловно, относятся и острова, то ли вправду открытые ирландским святым Бренданом, то ли приписанные ему бардами.

Однако, среди кельтских саг есть сюжеты, куда более странные и таинственные, чем «брендановский» цикл, и рисующие облик цивилизаций, неизмеримо превосходящих и Схерию, и даже Атлантиду. Давайте вместе подумаем, где могли побывать на своих кураках — ладьях из бычьих шкур — герои ирландского эпоса?

Сага «Плавание Брана, сына Фебала» повествует о местах, вещах и событиях, загадочных... и вместе с тем странно знакомых нашему современнику! Загадочная женщина «из неведомой страны», стоя посреди дворца короля Брана, поет монарху и его гостям-королям следующие стихи:

Стоит остров на ногах из белой бронзы,
Блистающих до конца времен.

Милая страна, во веки веков
Усыпанная множеством цветов.

Есть там древнее дерево в цвету,
На котором птицы поют часы.
Славным созвучием голосов
Возвещают они каждый час…

Золотые колесницы на Равнине Моря
Несутся с приливом к солнцу,
Серебряные колесницы на Равнине Игр
И бронзовые без изъяна…

Будут плыть мужи по светлому морю
В страну — цель их поездки.
Они пристанут к блестящему камню,
Из которого несется сто песен.

Не знаешь, чему тут больше удивляться, применительно к эпохе: то ли техногенному облику «острова на ногах из бронзы», то ли образу механических часов, «созвучием голосов» отмечающих каждый час, — а может быть, описанию металлических «колесниц» в море или «блестящего камня» на пристани, из которого несутся песни, точно из радиофицированного морского вокзала?..

Но и это не предел чудес саги. Отправившись на своем кураке с «трижды девятью» мужами в таинственную Страну Женщин, король Бран встречает незнакомца, едущего… в колеснице по волнам. Слова этого человека вызывают легкую дрожь:

То, что светлое море для Брана,
Плывущего в ладье с кормою, —
Радостная равнина с множеством цветов
Для меня, с моей двухколесной колесницы…
Лес с прекрасными плодами
Под кормой твоего кораблика.

Что сие значит? Описание страны, исчезнувшей под волнами, но продолжающей жить непостижимым образом, как герметическая колония атлантов на дне моря в «Маракотовой бездне» Конан Дойла? Или же вид, открывшийся Брану, когда его ладья чудесным образом поплыла по воздуху?.. Особенно впечатляет финал повествования.


Попав, наконец, в Страну Женщин, король со спутниками предается там пирам и наслаждениям, — точь-в-точь, как Одиссей на островах Цирцеи или Калипсо… «Им казалось, что они пробыли там один год, а прошло уже много-много лет.» Спутники стали просить Брана, чтобы он вернулся с ними в Ирландию.

Царица женщин предупредила, что все они пожалеют о своем отъезде, — но ирландцы настаивали. «Тогда она сказала им, чтобы они остерегались коснуться ногой земли. Они плыли, пока не достигли селения по имени Мыс Брана. Люди спросили их, кто они, приехавшие с моря. Отвечал Бран:

— Я Бран, сын Фебала.

Тогда те ему сказали:

— Мы не знаем такого человека. Но в наших старинных повестях рассказывается о плавании Брана.»

Один из моряков, не выдержав, прыгнул из ладьи на берег. Но… «Едва коснулся он земли Ирландии, как тотчас обратился в груду праха, как если бы его тело пролежало в земле уже много сот лет»…

Прежде, чем вернуться к вопросу о том, кто мог поведать кельтским бардам о парадоксе Эйнштейна и разной «скорости» времени для остающихся на Земле и путешествующих вне ее, посвятим несколько слов истории самих «морских» саг.


Вероятный маршрут путешествия Брендана  

Вероятный маршрут путешествия Брендана

 
Средь океана от нас на Запад

Т
яжелым временем для Европы был пятый век по Рождестве Христовом. Под ударами готов рушилась Римская империя, с Востока накатывался вал первого нашествия монголоидов — бесчисленных и беспощадных гуннов…

Жестоко воевали между собой феодальные властители, христианство раскалывалось на множество враждующих толков и «ересей».

В такую пору не то, что мифические «Острова Блаженных», — любая суша вне охваченного бедами материка казалась многим людям желанным пристанищем.

Остатки некогда могучего народа кельтов, занимавшего за тысячу лет до того почти всю Западную Европу, от Галлии до Балкан, поселялись на Британских островах.

Но эта суша не была необитаемой. Здесь жили древние племена пиктов и атекоттов, носители своеобразной, во многом по сей день загадочной культуры. Начались долгие кровавые войны пришельцев с аборигенами, распри, длившиеся веками, причем со стороны ирландцев в них принимали участие и женщины, а «стратегическим оружием» считались боевые псы…

Впрочем, хоть и теснимое, и обращаемое в рабство, докельтское население влияло на завоевателей. Возможно, от общения с местными племенами сложился у ирландцев культ полубогов-сидов, чудесных существ, обитающих то ли под землей, в холмах, то ли — внимание! — на райских островах за морем.

Сиды малы ростом и очень красивы, вечно молоды, владеют волшебством и хранят несметные сокровища. (Гномы из «Белоснежки» — безусловно, далекие «потомки» сидов.)

Особую роль в таинственном «обществе» сидов играют крошечные, изящные женщины, чьи образы позднее были переосмыслены и дали начало европейской вере в фей.

Собственно, женщины из заморских царств, вроде страны, куда плавал Бран, и были сидами! Возможно, представление о них сложилось благодаря идеализации далеких времен матриархата, власти жриц — «священных матерей» — над родами и племенами.

Отсюда и образ Страны Женщин. Но не исключено также, что соблазнительницы ирландских вождей — близкая родня «нимфам» и колдуньям Атлантики, хозяйкам чудо-островов из «Одиссеи», быть может, составлявших единый архипелаг с островом Змея.

Почему бы не предположить, что атланты, или как там назывались в действительности жители Платоновой утопии, в ужасный час катастрофы позаботились о спасении на уцелевших кусках суши именно женщин, матерей с детьми, продолжательниц рода?..

Духовной жизнью ирландцев-язычников управляли кельтские жрецы, друиды. Они были и священниками, и учителями, и судьями, и первоначальными хранителями мифов. Затем в ирландском обществе выделились иные группы — филиды и барды.

Первые стали законоведами, советниками властителей, а также и рассказчиками древних героических и волшебных повестей, считавшихся тогда отнюдь не вымыслами, но некоей высшей, надбытовой, «нормативной» правдой…

Друидов низвергли христианские проповедники; с усилением центральной власти исчезли и привязанные к феодальным дворам филиды; последними носителями поэтической традиции остались барды, профессиональные певцы и музыканты.

Школы бардов продолжали существовать до XVII века. Благодаря им саги — «популярные» изложения мифов — превратились в народный жанр и стали всеобщим достоянием.

Вернувшись к обыденной жизни кельтов, отметим, что она не стала более устроенной и благополучной на острове Ирландия. Пролив не был надежной преградой для завоевателей; двести лет подряд страну грабили и разоряли норвежские и датские викинги, а в XII веке захватили англо-норманны.

Однако, и до того ирландцы столкнулись с весьма болезненной проблемой — перенаселением! Плодородные земли были скудны, пастбища — каменисты…

Тогда-то и начались плавания на кураках из бычьих шкур, поиски беспечальных земель, где можно поселиться… Возможно, еще до викинга Лейфа и его собратьев ирландские морепроходцы открыли Америку. Недаром пела женщина-сида Брану:

Есть трижды пятьдесят островов
Средь океана, от нас на запад.
Больше Ирландии вдвое
Каждый из них или втрое.


Это уже не мифы, а достаточно реальное представление о Бермудах или Багамах, Ямайке, Кубе…

Эскимосский каяк

 

Эскимосский каяк

 
Изображение древней кожаной лодки  

Изображение древней кожаной лодки

 
Плавание Майль-Дуйна 

Н
о, очевидно, самым удивительным и чисто ирландским феноменом стало — после крещения страны святым Патриком — морское отшельничество монахов.

Некоторых из них приоры монастырей наказывали за проступки, насильно сажая в ладьи и пуская на волю волн: «Если ты невиновен, волны прибьют ладью к берегу; если виновен, море унесет тебя»…

Другие монахи избирали добровольный уход. Вместо лесов или пещер, как то было в материковой Европе, аскеты селились на маленьких необитаемых островках.

Очевидно, тысячу лет назад возле берегов Ирландии можно было увидеть поразительные картины: небольшие кураки, несомые своенравным ветром, а в них — бородатых молящихся мужчин в грубых плащах. То отшельники искали безлюдья для спасения души…

Теперь, наверное, нетрудно представить себе, какая фантастическая смесь идей и образов витала перед воображением друидов или бардов, слагавших свои саги вплоть до времен, когда устные рассказы были записаны, то есть, до Х - ХІ вв.!..

Предания глубокой старины, завещанные истребленными племенами пиктов; мифы Средиземноморья и арабского мира, дошедшие через ученых монахов-переписчиков, с яркими фигурами Одиссея или Синдбада-морехода; мир кельтских духов и богов, во многом, кстати, близкий славянскому языческому пантеону; впечатления от необычной флоры и фауны, возможно, встреченных на берегах Америки, а то и от жизни индейских империй; наконец, красочная христианская мифология!

Бесплотные библейские ангелы обретали соблазнительность красавиц-сид; заморские «страны живых» становились похожими на цветущее побережье Гаити или небесными и блистающими, будто Горний Иерусалим.

Но среди трансформированных воображением, откровенно фантастических ситуаций и образов сохранялись бесконечно древние (пиктские?) воспоминания о землях высочайшей культуры, погибших в океане; непонятные, но хранимые из почтения к традиционному тексту описания, суть которых ускользала от бардов и оказалась странно знакомой лишь людям ХХ века…

Однажды вождь Майль-Дуйн решил отомстить за отца, убитого пиратами. Он построил большой курак, покрыл его тройным слоем бычьих шкур, посадил туда шестьдесят человек воинов и отплыл на Запад в поисках убийц…

Так, не слишком «затейливо», стартует сюжет самой потрясающей из ирландских саг — «Плавание Майль-Дуйна».

В своем долгом путешествии, повинуясь капризам моря и ветра, кельтский Одиссей посетил множество островов. На одних он встречал животных явно «волшебно-сказочного» обличья, знакомых и арабским, и русским, и иным сказителям, — например, гигантских птиц, колоссальных муравьев или коней, на которых скакали демоны. Зато на других, затерянных в океане землях…

Вот остров на пути Майль-Дуйна, «с замком на нем, окруженным белой стеной, сделанной словно из известки, как будто из сплошной массы ее». Возле замка стояло несколько белых домов. Войдя в самый большой из них, «они заметили множество предметов, прикрепленных в три ряда вдоль стен, от одной двери к другой.

Первый ряд состоял из золотых и серебряных пряжек, острия которых были воткнуты в стену. Второй — из золотых и серебряных ожерелий, величиной с обруч бочонка каждое. Третий ряд составляли большие мечи с золотыми и серебряными рукоятями.»

Ну как, ничего знакомого не напомнило это описание?.. Обилие золота и серебра здесь не должно отвлекать от главного, — тем более, кто знает, из каких металлов делались рубильники и контрольно-измерительные приборы энергостанций исчезнувшей цивилизации! А почему энергостанций?

Ответ в тексте. Кроме странного «распределительного щита», в помещении находился еще и… кот, игравший «на четырех каменных столбах».

Кот в кельтском фольклоре — не маленькое домашнее животное, а опасный волшебный зверь; одним из главных подвигов короля Артура был поединок с чудовищным котом… Так вот: когда один из спутников Майль-Дуйна захотел взять ожерелье, вождь предупредил его: «Этот дом не без сторожа». Воин все же прихватил драгоценность со стены.

«Кот, следивший за ним, дал ему пройти полпути до выхода, затем бросился на него, как огненная стрела, и сжег, обратив в пепел.» Видать, высокое напряжение было пропущено через «ожерелье». А кот-каратель — это уже из богатой фантазии барда…

Прекрасная страна

П
о всему тексту саги, обработанной и записанной в Х столетии поэтом Айдом Светлым, рассыпаны эти научно-технические метафоры. Вот, на очередном острове, путь мореплавателям преграждает широкая река.

Один из воинов «опустил древко своего копья в реку, и оно тотчас испепелилось, словно сожженное огнем». Кто, задолго до успехов европейской алхимии, дал бардам из ирландской «глубинки» представление о концентрированной кислоте?!

И в этой саге, подобно повествованию о Бране, появляется образ «облачного моря»: «На дне моря, под собой, они видели крытые здания и прекрасную страну». Но самый удивительный «документальный» отчет полудикаря о техническом феномене мы находим в другой главе.

«Они плыли затем, пока не подъехали к гигантскому серебряному столпу. Четырехгранный был он, и каждая сторона — в два удара корабельных весел; чтобы объехать его, требовалось восемь ударов весел. Ни клочка земли не было подле него — один бесконечный океан. Не видать было ни основания столпа, ни вершины его — так высок был он.

С верху столпа спускалась, широко раскинувшись, серебряная сеть, и корабль со свернутыми парусами проплыл через одну из петель ее. Диуран («экспедиционный» бард, аналог Орфея на «Арго» - А. Д.) ударил лезвием своего меча по петлям сети.

— Не разрушай сеть, — сказал ему Майль-Дуйн. — То, что мы видим, — создание могучих
людей…

Они услышали с вершины столпа голос мощный, звонкий, звучный, но не могли понять, ни кто говорит, ни на каком языке.»

Здесь что ни фраза, то тайна! Вождь мореходов специально подчеркивает, что столп посреди моря (кстати, нечто подобное упоминается и в одной из версий саги о Брендане) — создание могучих людей, а не богов или духов.

А голос с вершины, «мощный, звонкий, звучный»? В обычных сказках нет неизвестных языков; все понимают всех, люди — зверей и птиц, аборигены — пришельцев из далеких стран… это обязательное условие сказочности!

Здесь же специально подчеркнуты и необычайная звучность (динамик?), и то, что язык был непонятен ирландцам. Можно сказать, честный репортаж с места события… Все эти мелочи придают изумительную достоверность образу… а чего, собственно?

Не столь важно. Описана ли в саге какая-нибудь, достойная романов Шекли или Саймака, «станция нуль-транспортировки» или же банальная нефтедобывающая платформа, — техническая принадлежность «столпа» видна невооруженным глазом…

Интересно еще одно. Каким именно образом были созданы и эти сюжеты, и многие подобные, для которых в статье просто не хватает места?

То ли барды приписывали своим любимцам, кельтским морякам, приключения незапамятно древних и вовсе не ирландских героев, плававших, быть может, еще в пору расцвета цивилизации атлантов (назовем их привычно); то ли…

Неужто остатки поглощенного стихией архипелага, с уцелевшими на них образцами техники, были доступны для посещения еще тысячу-полторы лет назад? Или же кто-то специально сберегал эти островки культуры среди одичавшего после катастрофы мира?..

Но это уже иная, не менее таинственная страница сокровенной истории Земли.


В избранное (10) | Просмотры: 20186

Комментировать
RSS комментарии

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь.