Расовый вопрос
Автор Дитер Штайн   

Расовый вопрос

Р
аботать школьным психологом - это либо призвание, либо каторга. Мои коллеги считают, что ко мне подходит первое определение, но я все больше склоняюсь ко второму.

Вот и сейчас я сидел в своем кабинете в ожидании новой экзекуции. Десять минут назад два шалопая из начальной школы отмутузили друг друга в столовой. И что самое неприятное, на почве "расового вопроса".

"Расовый вопрос" - это нелепое определение ввел наш директор, хотя дело обстоит куда проще. В каждом классе найдется забияка, который не лезет за словом в карман.
И если его оппонент отличается от него цветом кожи, это будет упомянуто в первую очередь, даже при малейшей ссоре. Дети, подчас, бывают гораздо беспощаднее, чем взрослые.

Причинами для травли одноклассника могут быть невинные, на первый взгляд, вещи: наличие очков, рыжие волосы, веснушки, лишний вес, либо, напротив, худоба, и, разумеется, уж никто не обойдет цвет кожи.

Очередной "расовый вопрос" возник между Арлингтоном и Бротманом. Беседовать мне предстояло с Арлингтоном. И совсем не потому, что он возмутился цветом кожи Бротмана. Напротив, он и был пострадавшей стороной.

Но его ответ обидчику заключался не в цитате Линкольна или возмущенной истерике. Арлингтон ограничился молчаливым хуком слева, Бротман удовлетворился разбитым носом. И теперь мне нужно виться, словно ужу на сковороде, усовествляя невиновного.

Кто бы мог подумать...

Стук в дверь прервал мою пессимистическую медитацию. На пороге стоял Арлингтон, шестилетний мальчик, готовый разрыдаться в любую минуту.


- Директор велел мне зайти к вам, - промямлил он так жалостливо, что я едва сам не зарыдал.

- Проходи, присаживайся, - выдавил я из себя самым бодрым и дружественным тоном, на который был только способен. - Когда-то мы должны были встретиться, и раз уж ты сам не захотел удостоить меня своим вниманием, я очень благодарен нашему директору за то, что он предоставил нам возможность познакомиться.

Сейчас же позвоню ему и поблагодарю, - с этими словами я с нарочитой важностью принялся жать на кнопки телефонного аппарата, боковым зрением наблюдая за реакцией Арлингтона. Он был, по меньшей мере, удивлен. Он не плачет, значит, я на верном пути, и у меня есть шанс.

 - А, черт, занято. Наверное, он сейчас ведет переговоры с боксерским клубом. Да-да, не удивляйся! О твоих боксерских талантах уже ходят легенды. Только не демонстрируй их мне, - я шутливо прикрыл свое лицо руками.

Мальчик с трудом сдерживал улыбку.

- Учти, у меня черный пояс по карате и полосатый по джиу-джитсу, ю-ю-у! - я неуклюже сделал несколько па из восточных единоборств, опрокинув при этом стакан с карандашами. Этот трюк сработал на все сто процентов. Арлингтон расхохотался. - Ну что смеешься? Помоги мне собрать карандаши.

Минуту спустя мы оба сидели на моем столе и рисовали цветными карандашами на обложке журнала мод, прибавив к очень смелому наряду манекенщицы пару-тройку необходимых аксессуаров: очки, усы, сигару и все то, что обычно рисуется в таких случаях.

 
Я предложил перекрасить ей цвет кожи. Не спорю, с моей стороны это был смелый шаг. Мальчик мог почувствовать подвох, но он отреагировал довольно естественно:

- Ладно, но сначала я нарисую ей сережки.
- Сережки? Твоя мама носит сережки?
- Да!
- Она красивая?
- Да, очень, особенно когда распускает волосы.
- А папа?
- Папа не носит сережек.
- Логично!
- Это он научил тебя боксу?
- Да! Он говорит, что каждый мужчина должен уметь постоять за себя… Ну, если кто-нибудь будет обзывать меня из-за цвета моей кожи или типа того.
- А-а-а! А мой папа говорил мне, что нужно бить врага его же оружием.
- Как это?
- Если завтра Бротман опять обзовет тебя, скажи, что его распухший нос очень подходит к его лопоухим ушам!
- Здорово!
- Но, скорее всего, Бротман завтра извиниться перед тобой. Ведь, в принципе, он неплохой парень.
- Да! Он даже угощал меня ланчем и всегда дает покататься на велосипеде. А сегодня он был злой, потому что ему поставили "неуд" за рисунок, а я получил отлично.
- Ну вот видишь, как все просто объясняется. Я думаю, ты погорячился. Он ведь не враг тебе.
- Я уже думал об этом, я…, я завтра извинюсь перед ним первым.
- О! Это поступок настоящего мужчины. Умение признавать свои ошибки - величайшая из добродетелей. Беги домой, карандаши и журнал можешь оставить себе.
- Спасибо! До свидания!
- Не за что! Не забывай меня, заходи, мы ведь теперь друзья!

Друзья! Расплывающийся в улыбке мальчуган скрылся за дверью, и мне еще долго были слышны торопливые шажки его крохотных ножек по пустому школьному коридору.

С Арлингтоном мы друзья, а вот с его отцом и с родителями Бротмана мне еще предстоит подружиться, и я думаю, эта дружба не будет мне стоить дешево. Они уж точно не любят размалевывать манекенщиц. Ну да ладно, что-нибудь придумаю.

"Расовый вопрос". Кто бы мог подумать, что человечество столкнется с ним еще раз. И Арлингтон, и другие дети, ставшие жертвой "гениальных" фармацевтов, разве они виноваты, что их мамам в период беременности прописали новейшие витамины. Все делалось во благо, чтобы будущие дети родились крепкими и здоровыми.

И задача, можно сказать, была выполнена. Дети и физически, и умственно, в превосходной форме. Но скажите, ради Бога, как же им жить с зеленым цветом кожи?

В избранное (15) | Просмотры: 13941

Комментировать
RSS комментарии

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь.