Морские цыгане Тайланда
Автор Никита Кривцов   

Морские цыгане Тайланда

П
обывавшие в Таиланде обычно рассказывают о представлениях с крокодилами, о шоу трансвеститов и тайском массаже. Да, все это с лихвой представлено в Бангкоке, Паттайе и на Пукете.

Однако и без этого экзотики в Таиланде – хоть отбавляй. Настоящей. Причем, совсем рядом с исхоженными тропами…

Встреча со змеей

Знакомство с Таиландом началось для меня с острова Самуи в Сиамском заливе, до которого от Бангкока примерно час лёта.

Кажется, что весь берег – один сплошной поселок. Машины, мотоциклы и мотороллеры несутся по узким улочкам и дорогам, а вывески с названиями гостиниц и супермаркетов встречаются едва ли не на каждом шагу. Мгновенно опустившаяся тропическая ночь – это стрекотание цикад, крики неизвестных птиц и навязчивый ритм местной рок-группы из ближайшего клуба или бара…

Но это только побережье. Чуть в сторону – и вот уже перед тобой вздымаются горы, покрытые лесом. Идешь укромными тропами, а вокруг лишь звуки природы. В тиши зарослей и скал на юге острова, у змеиного питомника, шумит водопад На-Муанг…

От водопада к машине по лесной тропинке мы возвращались уже в сгущавшихся сумерках. Я сделал было шаг в сторону – и чуть ли не под ногами зашуршала здоровенная змея. Дикая обитательница здешних гор и лесов… или беглянка из питомника?

Буддийский храм  
Буддийский храм на острове Самуи
 
Живые мощи тайских храмов

Самуи и соседние острова Сиамского залива – это, прежде всего, гранитные скалы, белые песчаные пляжи и кокосовые пальмы.

Мы плывем на катере на острова Тао и Нанг-Юан.

Округлые и сглаженные скалы, тем не менее, имеют весьма причудливые формы – неспроста местные жители прозвали одну из них Хин-Та, а другую Хин-Яй, то есть Бабушка и Дедушка.

Но, кроме чудес природы, много здесь и рукотворных. Прежде всего, это храмы.

«Пристойную одежду, пожалуйста!» – предупреждают объявления у любой из буддийских святынь.

Адресованы они, в первую очередь, иностранным туристам, которые порой рассматривают все прибрежные районы Таиланда, как один большой пляж.

Самих же тайцев предупреждать нет нужды – чем больше одежды на их теле, тем это считается пристойнее…

Нюансы весьма тонки: сандалии без ремешка на пятке – это «невежливо» по отношению к святыне; с ремешком – нормально, можно подходить к храму… но внутрь – только босиком!

 
Статуя Будды  
Остров Самуи – не Бангкок, здесь нет небоскребов. Зато издали видна 12-метровая статуя Будды
 
Мумия монаха  
Вот уже 30 лет не меняет своего внешнего вида мумия монаха в храме Кунарам
 
А удивительных храмов и других мест поклонения буддистов в Таиланде множество, даже на курортных Самуи и Пукете.

Причем там, в окружении буйной тропической природы и при отсутствии окружающей городской застройки, они смотрятся еще более впечатляюще.

12-метровый, золотого цвета, Большой Будда высится над всей северной частью Самуи.

К нему, в храм Пра-Яй, приходят местные жители даже в ранние утренние часы, чтобы помолиться и зажечь душистые палочки.

Помню, как уже в Бангкоке, у королевского дворца, в храме Нефритового Будды, я макал цветок лотоса в священную воду, а потом брызгал ее себе на голову – во исполнение желаний…

Подожду, – а вдруг исполнятся?..

Все на том же Самуи, неподалеку от водопада На-Муанг, есть и еще одна, совершенно удивительная святыня – храм Кунарам, где можно видеть выставленное под стеклом тело монаха Лоунга Пордаенга, умершего 30 лет назад.

Он сидит в позе для медитации, скрестив ноги, словно живой, лишь глаза закрыты темными очками.

И это действительно чудо – как в жарком влажном климате его тело сохраняется столько лет?!

Недаром считается, что он не умер, а пребывает в летаргическом сне…

Позже оказалось, что «спящий» монах в Кунараме не есть что-то исключительное.

На том же Самуи есть еще один храм, где выставлено тело монаха, тоже «уснувшего» уже не один десяток лет назад.

И как тут не вспомнить бурятского ламу, чье тело было недавно извлечено из могилы – в полной сохранности и без следов разложения после многих лет, проведенных под землей!

Буддисты Бурятии тоже считают, что он жив и просто надолго заснул. Думаю, похожих примеров в буддийском мире можно найти немало.

Запомнилось мне также посещение храма Тигровой пещеры, по-тайски Там-Суа – неподалеку от городка Краби на юге Таиланда.

Если взойти от него по лестнице в 1272 ступени, проложенной по горному склону, – можно увидеть на вершине горы диковинную впадину в камне. Она известна, как отпечаток ноги Будды.



Храм Тигровой пещеры
Храм Тигровой пещеры
Храм Тигровой пещеры, расположенный в неглубокой известняковой пещере, получил свое имя из-за скальных образований, которые напоминают разинутую пасть тигра. 250 монахов и монахинь живут рядом: они исповедуют випассану, направление учения Будды, основанное на самых ранних религиозных текстах.

У храма по ветвям деревьев, по электрическим проводам, да и по земле расхаживают обезьяны. Они почти ручные, с удовольствием берут орешки, – но могут и стащить у зазевавшегося целый пакетик арахиса, а то и банку «Колы», которую, если она открыта, тут же заправски разопьют.

Магазинчик, где продавались и «кола», и орешки, похоже, тоже был монастырский. Продавщица – как и положено, бритая наголо – сидела, уткнувшись в книгу, вслух читая молитвы.

Она не заметила, как я подошел к кассе, и не замечала бы и дальше, если бы не стоявший за ее спиной монах: он что-то сказал, женщина подняла глаза и приветливо улыбнулась.


 
Храм-ступа в Бангкоке
Храм-ступа в Бангкоке

 
   
 
   
Причудливый мир островов

Сказать, что острова, тянущиеся вдоль таиландского побережья, красивы, – значит, не сказать ничего.

Не случайно целый архипелаг Ао-Панг-Нга к северу от Пукета объявлен морским заповедником.

Острова и островки, сложенные из желтоватых известняковых пород, покрытые лианами и кустарником, под влиянием морской стихии приняли самые невероятные формы.

Одни похожи на гигантские грибы на маленькой ножке; другие нависают над водой отвесными гладкими скалами, в третьих вода пробила пещеры.

Вплываешь в них на каноэ, осторожно гребя под темными сводами и порой ложась на днище, чтобы не оцарапать голову, – и вдруг оказываешься в лагуне посреди острова, со всех сторон окруженной круто вздымающимися зелеными склонами.

Клочки суши поднимаются над водой целыми группами, создавая лабиринты проливов и потайных заводей…

На эти красоты обратили внимание и кинематографисты.

Один из островков около Пукета стал местом съемок очередного фильма из цикла о Джеймсе Бонде – «Человек с золотым пистолетом».

Здесь располагалось убежище злодея Скараманги, где он прятал адскую машину, концентрирующую солнечные лучи; тут была последняя схватка с «плохими парнями» агента 007, которого играл Роджер Мур…

Теперь этот остров известен не иначе, как «Остров Джеймса Бонда».

На лежащие южнее острова с игривым для русского уха названием Пи-Пи тоже обратили свой взгляд в Голливуде, когда решили снимать «Пляж» с Ди Каприо в главной роли…

Но, в общем-то, не обязательно быть киноманом, чтобы отправляться в морские экскурсии на эти острова. Путешествие длиной в полдня на катере, а затем на каноэ порадует любого!



Природа Тайланда

Цунами не будут неожиданными

– У нас давно была мечта – построить небольшую хорошую гостиницу на каком-нибудь тихом тропическом острове, –  говорит Боб Гатри. – Мы любим ходить на яхте, и где только не присматривали себе для этого уголок! Мозамбик, Маврикий, Греция, Филиппины, Мальдивы...

Боб и его жена Мод – владельцы гостиничного комплекса на острове Ланта, что лежит у побережья провинции Краби в южном Таиланде. Мод – южноафриканка, из Кейптауна, Боб – белый родезиец… по-нынешнему правильнее – зимбабвиец. Работал в разных странах мира; когда служил в Бангкоке, во время отпуска стал с женой выходить в море на яхте… и вот, нашел!

– Когда мы увидели Ланту, – вступает в разговор Мод, – сразу поняли: это то, о чем мы мечтали.

Остров только начинает открываться для гостей . Здесь немного гостиниц, не всюду есть хорошие дороги. Да и местные власти стараются, чтобы Ланта по возможности сохранила свою первозданность.

Впрочем, старины на Ланте тоже немного. Здесь селились мусульмане, заходившие сюда из малайских вод, занимаясь торговлей и морским промыслом.

Более ста лет назад остров стали осваивать и китайцы. Поэтому главной местной достопримечательностью считается Старая Ланта, или просто Старый город на юго-восточном побережье острова.

Природа Тайланда

«Старому» городу нет и двухсот лет. Дома выстроились вдоль единственной улицы, идущей вдоль моря от маяка. К старине здесь относятся без должного почтения – на месте прежних, ставших дряхлыми, строений преспокойно возводят новые.

Говорят, раньше здесь жили только китайцы, – да и сегодня над входами в некоторые дома висят красные китайские фонарики и вывески с иероглифами...

О возрасте некоторых построек напоминает их темная старая древесина. Вдоль улицы стоят газовые фонари – я так и не узнал, действующие ли.

Дома со стороны моря опираются на сваи, в просветах между ними видны вода, лодки, развешанные сети. Сюда тоже пришелся удар недавнего цунами, но почему-то поселок почти не пострадал.

Кстати, последствия цунами – даже в тех местах побережья, которым досталось сильнее всего, на Пукете, на островах Пи-Пи, – практически уже ликвидированы. Лишь кое-где еще идут небольшие строительные работы.

Но в памяти людей трагедия, конечно, осталась. Чтобы она не повторилась – по крайней мере, в таком объеме – в конце мая в городе Нонтабури начал работу центр раннего предупреждения о стихийных бедствиях, первый во всех странах, пострадавших от страшного катаклизма.

Там круглосуточно работают 25 экспертов в различных областях – от естественных наук до круизного менеджмента… Возможно, со временем центр будет оповещать не только о надвигающихся цунами и землетрясениях, но и о других стихийных бедствиях – лесных пожарах, штормах и наводнениях.

Кочевники океана

Самыми первыми обитателями Ланты, однако, были не мусульмане и китайцы, а «новые тайцы». Они не имеют ничего общего с «новыми русскими», – просто так в королевстве сегодня называют «морских цыган», один из самых загадочных и романтичных народов Юго-Восточной Азии.

Впервые я встретил их, когда мы причалили к берегу «Острова Джеймса Бонда». Первое, что видишь на этом крошечном необитаемом островке – лотки торговцев сувенирами. Над лотками – навесы…

Но вдруг лодочник, доставивший нас по мелководью с катера на берег, показывая на нескольких мужчин, что без всяких навесов и столиков разложили ракушки прямо на земле, объявил:

– Морские цыгане!

Я бы и сам выделил их среди прочих мелких торговцев Таиланда. Те не давали прохода, – хватали за руки, предлагая открытки, буклеты, ракушки и другую дребедень.

Эти же сидели молча, не вскакивали, не жестикулировали. Еще их отличали более смуглый цвет кожи и своеобразная одежда – яркие саронги и футболки.

День спустя, уже у островов архипелага Пи-Пи, я вновь увидел морских цыган – на этот раз на лодках, у входа в одну из многочисленных здешних пещер. По шестам и веревкам они ловко взбирались под своды, особенно темные на фоне лазурного моря и голубого неба.

– Собирают «ласточкины гнезда» – самое дорогое лакомство в китайских ресторанах, – объяснил капитан нашего катера…

О морских цыганах, этом самом загадочном и романтичном народе Юго-Восточной Азии, я был наслышан давно.

Кочевники океана с туманным прошлым, бороздящие на своих лодках южные моря, – вот как вкратце характеризовали источники этот небольшой народ. Его история загадочна, а обычаи, как и у сухопутных цыган, почти не меняются на протяжении столетий.

Поэтому, когда на острове Ланта я узнал, что неподалеку есть поселение морских цыган, я решил обязательно посетить его.

К нашим цыганам эти обитатели побережья и островов Андаманского моря – от Бирмы на севере до Малайзии на юге – не имеют никакого отношения. Просто они – кочевники; их жизнь вольна, как ветер, у них почти нет собственности, а их происхождение неясно.

Полгода – с октября по май, в погожий сезон – морские цыгане проводят на море, странствуя группами по полдюжины лодок. На каждой лодке живет одна семья, обычно из трех поколений.

В период муссонов, несущих дожди и поднимающих волны, «новые тайцы» выбираются на побережье, где сооружают временные жилища на сваях. Веками они не знали особых материальных благ, – все имущество составляли только предметы первой необходимости.

Это – бессеребренники, свободно перемещающиеся с места на место. У морских цыган царит полное равенство; они не знают и не признают какой-либо власти, чужды бюрократии.

Некоторые утверждают, что у океанских бродяг царит матриархат. Но их социальное устройство – если таковое есть вообще – мало изучено.

Цыгане – отличные мореходы и рыбаки. Сейчас они пользуются и сетями, а некогда охотились под водой только с копьями.

После ловли сразу готовится еда. Хранить запасы нет смысла – море богато пищей круглый год! Помимо рыбалки, они занимаются сбором тех самых «ласточкиных гнезд» для изысканных китайских ресторанов.

У морских цыган – потрясающая способность нырять; причем, они могут не только надолго погружаться, но и собирать раковины на глубине до 23 метров!

Исследования, которые проводились в последние годы, выявили поразительный факт: дети «новых тайцев» могут видеть под водой вдвое лучше, чем их европейские сверстники. Шведская исследовательница Анна Гислен, изучавшая морских цыган, пришла к выводу, что их глаза прекрасно адаптируются к морской воде на разной глубине.

Глазные линзы кочевников способны менять свою форму, чтобы лучше отражать свет! Так что недаром в Таиланде их зовут еще и «чао-лей» – «люди моря».

В колониальные времена морские цыгане имели репутацию пиратов. Насколько это верно, сказать трудно, ибо многие жители побережья между Пукетом и Пинангом, с тамошней россыпью  сотен островов и бесчисленными заливами, где можно было укрыться, занимались контрабандой и разбойным промыслом. Эти места у входа в Малаккский пролив веками считались самыми опасными во всей Юго-Восточной Азии.

У «чао-лей» нет письменности; они не живут подолгу на одном месте и слишком безразлично относятся ко всему материальному, чтобы сохранять какие-либо фамильные вещи. А значит, у них нет ничего, что бы могло пролить свет на их прошлое… О нем говорят только легенды и сказки.

Одни ученые считают, что морские странники принадлежат к меланезийской этнической группе, которая, вероятно, мигрировала из южного Китая четыре тысячи лет назад, а затем проживала на Малайском полуострове, обособившись от других этносов в конце XVII века.

Жила там, пока не была вытеснена мусульманами… По другой версии, цыгане, пришли, наоборот, со стороны Бирмы или с Никобарских островов в Андаманском море и, возможно, являются потомками древнеиндийской ведической расы.

В любом случае – все исследователи сходятся на том, что именно морские цыгане были первыми обитателями андаманского побережья от Бирмы до Малайзии.

Ныне большинство их принадлежит к группе, известной, как мокены, и живет в Бирме, на архипелаге Мергуи. Язык «чао-лей» близок к малайскому и представлен разными диалектами; но в их лексике много слов, незнакомых другим народам…

В Бирме диктаторский режим долгое время ограждал цыган от общения с внешним миром, но однажды они оказались на положении изгнанников.

На прибрежном шельфе была найдена нефть, регионом заинтересовался большой мировой бизнес, и бирманские власти стали выселять кочевников с островов на большую землю…

Буддийский храм

 

Как и в христианстве, в буддизме – несколько крупных течений. У каждого своя храмовая архитектура. Такие «иглы» характерны для юго-восточных святилищ

 

В Таиланде проживает примерно четыре тысячи морских цыган.

Из-за отсутствия письменности их культура постепенно исчезает, поглощаясь господствующей тайской.

Странники моря смешиваются со «старыми» тайцами, — однако пока еще сохранили свой язык и верования…

«Чао-лей», как и в древности, остаются в основном анимистами, не проявляя на протяжении веков заметного интереса ни к буддизму, ни к исламу.

Так, умерших они отвозят на «мертвые острова», где души усопших якобы продолжают свое существование.

Цыганне регулярно проводят церемонию «лой-руа», пуская на воду построенную мужчинами лодку с фигурками людей, которые символизируют членов рода, и устраивают танцы «ронг-нгенг».

Это должно принести удачу…

Раз в году морские цыгане охотятся на священных морских черепах и едят их мясо.

Согласно легенде, в очень давние времена одна из «цыганок» превратилась в черепаху, сохранив лишь человеческую голову.

С тех пор кочевники поклоняются морской черепахе, как своей сестре. Поэтому лишь раз в год, выполняя все необходимые ритуалы, они могут охотиться на черепах и есть их мясо.

Вообще же рацион цыган весьма прост – богатые протеином морепродукты, а также рис, овощи и фрукты. На берегах и скалах они собирают червей, насекомых и летучих мышей.

Если у «людей моря» появляются деньги, то цыгане в основном тратят их на такие «деликатесы», как рис, яйца, сласти и табак.

Несмотря на прекрасные навыки рыбаков, цыганам все труднее конкурировать с современными траулерами. Порой они глушат рыбу, за что и попадают в тюрьму.

Официальное название «чао-тай-май» – «новые тайцы» – присвоено морским цыганам в 1975 году, дабы подчеркнуть их вхождение в местное общество, со всеми вытекающими отсюда правами.

Но так как скромные рыбаки никак не вписываются в современную экономику, то и не получают никаких дивидендов от туристского бума, охватившего Пукет и соседние острова.

Морские цыгане Таиланда делятся на три группы: помимо мокенов, это моклены и урак-лавой. Последняя группа – самая большая по численности группа, именно она живет на Пукете, Пи-Пи и Ланте.

Очень смуглая кожа, черные, иногда с рыжинкой, шевелюры и более низкий рост отличают морских цыган от коренных тайцев.



Тайские цыгане

  
   
Деревня морских цыган

Да-да, есть и такая! Не только в лодках живут «новые тайцы».

Их деревня на самом юге Ланты называется Санга-У и представляет собой два расположенных рядом селения.

Она существует чуть более 50 лет, – но, согласно преданиям, местные урак-лавой прибыли с юга, с побережья малайзийского штата Кеда, еще 500 лет назад.

Поселившись в Санга-У, цыгане нашли компромисс между своей привычной жизнью на просторах моря и современной цивилизацией.

Они по-прежнему занимаются традиционными ремеслами – при мне несколько мужчин чинили сети, один строил лодку.

Вся жизнь проходит на виду. Даже моются на улице, чуть в сторонке, однако не прячась.

Но, говорят, в некоторых домах есть уже водопровод и электричество!

Точно: заглянув в одно жилище, я увидел стоящий там телевизор…

Мужчины, как и многие века назад, выходят рыбачить в море, на три-четыре дня; ныряют на глубину за ракушками и мидиями. Дети играют, плавают, учатся забрасывать сети.

В двенадцать лет мальчики начинают рыбачить вместе с отцами.

Несколько мальчишек бегали в одинаковых шортах и рубашечках – видимо, в форме; я решил, что они ходят в школу.

Позднее мне рассказали, что редко кто из «цыганских» детей заканчивает больше трех-четырех классов. Трудно расставаться с традиционной жизнью…

 

 

 

Все обитатели деревни носят одну фамилию – Тале-Люг, что означает «Глубокое море».

Появление фамилий – результат получения кочевниками статуса «новых тайцев».

Помимо этого, статус дал цыганам политические права и право обладать землей.

Однако последнее остается лишь формальностью: самые древние обитатели Ланты не владеют участком, на котором живут.

Несмотря на укореняющуюся привычку к оседлости, морские цыгане Ланты сохранили многие свои обычаи и по-прежнему исполняют древний танец «ронг-нгенг».

Правда, аккомпанементом для него служат уже и европейская скрипка, и арабский бубен, и китайский гонг…

Видимо, благодаря относительной первозданности Ланты, именно здесь сохранилась самая большая деревня морских цыган.

Ее жители довольно безразличны к появлению чужаков. Странники моря не выражают ни недовольства, ни радости.

Они замкнулись в своем загадочном мире – без начала, без границ...

Лишь дети, замечая направленную на них фотокамеру, улыбаются, словно предвидя иное будущее.


В избранное (14) | Просмотры: 26024

Комментировать
RSS комментарии

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь.