Почему китайцы не открыли Европу?
Автор Николай Непомнящий   

Китайская флотилия

Почему китайцы не открыли Европу?

Он стремился показать варварским странам силу своих войск, богатство и мощь Китая.
Из древней книги «Мин Ши» («История династии Мин»)

В
начале XV века лучшие в мире суда строили в Китае. Огромная флотилия, которой командовал адмирал Чжэн Хэ, бороздила воды Индийского океана.

Китай находился на пороге великих географических открытий. Корабли Срединной империи готовы были обогнуть Африку и устремиться в Европу.

Но случилось невероятное...
В старину, уже в начале пятнадцатого столетия, воды Индийского океана бороздили флотилии, равных которым в ту пору не было. Более трехсот кораблей насчитывали они — и каких кораблей!

Самые величественные, самые красивые, самые мощные суда строили в то время в Китае. Командовал этой грозной армадой адмирал и императорский евнух Чжэн Хэ.

Корабль, на котором плыл сам адмирал, достигал 150 метров в длину. Девять мачт возвышалось на нем. (Для сравнения заметим: в XV веке в Европе только начинают строить трехмачтовые каравеллы. Суда длиной 25 метров считаются у европейцев весьма крупными.)

Вот у берегов Восточной Африки появляется флотилия великого китайского адмирала. Рыбаки в испуге поспешно поворачивают лодки.

Странное зрелище предстает пред ними. Линия горизонта дрогнула, и дальняя окраина моря стала покрываться бесчисленными парусами.

Вот уже огромной стеной вознеслись они, и стена эта накатывалась на берег. Было невозможно пробиться сквозь нее, миновать ее.

Едва причалив, растерянные туземцы побросали свои жалкие суденышки и врассыпную метнулись в ближайший лес. На опустевший прибрежный песок легла громадная тень. Невиданная никогда прежде армада подошла к побережью мирной южной страны...

Страх объял людей, находившихся на берегу. С замиранием сердца следят они за маневрами кораблей. Наконец, разноцветная армада застыла.

Что сулит ее появление жителям здешних мест? Смерть и разрушение? Плен и рабство?

Дальше события разворачиваются самым неожиданным образом. С невероятной помпой на берег спускается адмирал Чжэн Хэ. «Челом подобен он тигру, — как сообщает хронист, — брови его точно мечи», лицо же его «шершаво, как апельсин».
Маршруты китайских мореплавателейМаршруты китайских мореплавателей

Всюду, куда бы ни прибывал Чжэн Хэ, он немедленно направлялся к правителю сего города или страны — к царю, султану, князю, вождю.

Адмирал спешил передать ему самые радушные приветствия от «Сына Неба», Чэнцзу, — императора Китая (1403 — 1424). Затем посланник осыпал владыку дорогими подарками и просил об одной небольшой уступке: да уплатит тот дань «Сыну Неба», да покорится ему.

Что в эту минуту испытывал обескураженный африканский царек? Растерянность от того, что его владения завоевывали столь необычным способом?

Или же страх мучил его душу, то же чувство, что отгоняло от берега рыбаков, — страх перед громадной эскадрой, настороженно нависшей над его городом?

Впрочем, что бы ни наполняло его душу, он неминуемо приходил к тому же решению, что и другие туземные царьки, — он покорялся силе и лести.

Особых жертв от него не требовалось — только шепнуть, только признаться, согласиться, сказать «да», кивнуть — и тут же на покоренного династа дождем просыпались дары.

Так, красноречивыми посулами и молчаливыми угрозами верный слуга империи, адмирал Чжэн Хэ, подчинял ей земли, лежавшие вдоль Мусонного пути.

На взгляд европейцев, подобная практика колониальных захватов чересчур расточительна и граничит с безумством. Однако, с точки зрения китайского императора, следовало поступать именно так — и никак иначе.

Китай был «пупом Земли», величайшей, богатейшей державой мира, а все прочие народы уступали ему в уровне развития культуры и техники.

Поэтому — считал император — все иноземцы вправе были почитать за счастье, что им предлагают покориться великой империи, и, покорившись, учиться у ее сынов, способствуя собственному процветанию. Подарки же призваны были подсказать, сколь сладостно быть в поучении у самого просвещенного из народов.

Если же кто-либо из читателей поспешит осудить прямолинейную заносчивость посланцев Поднебесной, то пусть вспомнит, что менее чем через столетие португальский мореплаватель Васко да Гама ознаменует свое появление в здешних краях выстрелами из бомбард по негостеприимным берегам...

Впрочем, еще рано говорить о европейцах эпохи Ренессанса, вернемся к Чжэн Хэ — хитроумному адмиралу-евнуху.

Добившись покорности от одного царька, он немедленно плыл дальше, чтобы склонить на сторону империи новые земли — города, княжества, султанаты.

Так продолжалось почти тридцать лет — с 1405 по 1433 год.  В ту пору, когда европейские купцы боязливо держались побережий своих стран, китайские моряки пересекли почти полсвета. К сожалению, сведения о ряде экспедиций Чжэн Хэ утрачены.

Так, мы не можем сейчас установить, когда его флот достиг Занзибара, когда посетил Малинди. (В ту пору этот порт на территории Кении был одним из самых богатых арабских городов. — Прим. авт. )

Доказано лишь, что либо он сам, либо кто-то из верных ему капитанов действительно побывал у побережья Восточной Африки.

  
   
  
   
Специалисты единодушно считают, что китайцам вполне было по силам достичь мыса Доброй Надежды, обогнуть южную оконечность Африки и, следуя вдоль берегов Черного континента, добраться до Европы, дабы осыпать дарами и смутить чередой кораблей, ну например, кастильского короля.

Что же помешало китайцам открыть морской путь в Европу?

Но обо всем по порядку.

Чжэн Хэ родился в 1371 году в южнокитайской провинции Юньнань в мусульманской семье.

За несколько лет до его рождения, в 1368 году, мощное народное восстание свергло монгольскую династию (Юань) и привело к воцарению династии Мин.

Детство и юность будущего героя приходятся на эпоху смуты, разрухи, народных бедствий. Предание сообщает, что солдаты армии Мин схватили юного Чжэн Хэ и кастрировали его.

По-видимому, они собирались его продать, ведь евнухи в ту пору ценились. В богатых семьях непременно держали кастратов — слуг и надсмотрщиков, следивших за женами и наложницами.

 
  Французскому подводному археологу Франку Годдио удалось найти и поднять на поверхность содержимое трюмов пяти грузовых джонок XI — XV вв.
Не исключено, что какие-то из этих судов принадлежали флотилии адмирала Чжэн Хэ.

Евнухов можно было, конечно же, встретить и при императорском дворе.

Со временем — словно желая отомстить за свое постыдное увечье — они приобретали огромную власть над «Сыном Неба».

Они завладевали его мыслями и душой.

Лишь они одни — не считая домочадцев — могли заходить в покои императора и посещать его гарем.

Постоянно пребывая подле монарха, евнухи знали все его желания, все его тайные помыслы, все его капризы.

Знали они одни и никто другой, ведь по традиции «Сын Неба» держался очень замкнуто, он был отгорожен от внешнего мира. Это создавало простор для манипуляций.

Евнухи, делясь с императором сплетнями, рассказывая ему об интригах и новостях, говорили лишь то, что укрепляло их позиции при дворе. Даже министры не могли побеседовать со своим повелителем — они посылали ему письменные доклады.

Так евнухи становились ключевыми фигурами при дворе. Происходили они обычно из низших слоев общества. А уж Чжэн Хэ, как мусульманин попроисхождению, для китайцев как бы и человеком не был.

Никаких перспектив в жизни у евнухов не было. Добиться успеха они могли, лишь всецело завладев вниманием своего патрона.

Когда же их благодетель умирал, то верных евнухов — всемогущих временщиков — без жалости вышвыривали из дворца. Если они не успевали дотоле сколотить себе состояние, их ждал жалкий конец.
 


  
   
  
   
Мы не знаем, когда Чжэн Хэ оказался при дворе «Сына Неба» и каким образом достиг такого высокого положения.

Несомненно, ему быстро удалось завоевать расположение императора Чэнцзу. Кстати, последний пришел к власти, свергнув своего племянника.

Тот сумел бежать, скрывшись «где-то за морем». В 1405 году победитель повелел разыскать беглеца.

Ради этого в плавание пустилась флотилия, верная Чэнцзу. Была перед командующим поставлена и другая задача: покорить как можно больше земель. Этой экспедицией поручено было руководить Чжэн Хэ.

В том же 1405 году из гавани близ Шанхая отправились в путь 62 больших корабля (в ту пору знаменитый впоследствии город был скромной рыбацкой деревушкой).

Каждый из этих кораблей, как писал позднее хронист, достигал 44 чжанов в длину и 18 чжанов в ширину (один чжан — это около 3,2 метра).

С началом летних муссонов флотилия двинулась на юго-запад: в Индокитай, на Яву, Суматру, Шри Ланку, в Каликут (город на Малабарском побережье Индии; не следует путать его с Калькуттой, основанной в 1690 году). Всего же флот Чжэн Хэ посетил за два года около тридцати стран и островов.

«В девятом месяце 1407 года Чжэн Хэ и остальные возвратились. Послы от всех стран прибыли с ними и предстали перед императором... Император был очень доволен, наградив всех титулами в соответствии с заслугами», — сообщает «История династии Мин».

Китай к тому времени был крупнейшей морской державой мира. В экспедициях Чжэн Хэ участвовало до 37 000 человек. В отдельные годы численность флотилии достигала 317 судов. Знаменитая «Непобедимая армада» была скромнее.

Летом 1588 года она состояла из 134 тяжелых кораблей и некоторого количества мелких вспомогательных судов. В походе на Англию принимали участие более 20 000 матросов. Впрочем, довольно отступлений.

Во флотилии Чжэн Хэ, кроме хорошо снаряженных военных кораблей, имелось также от сорока до шестидесяти джонок.

На них доставляли подарки, которые вручали покоренным властителям. Подобные суда могли перевозить от 500 до 800 тонн груза. В составе флотилии были и особые грузовые суда — на них везли запасы продовольствия...

Длина пятимачтовых военных кораблей составляла 60 метров. Своим бронированным носом они могли таранить и топить неприятельские суда. На кораблях подобного типа имелось четыре палубы.

На самой нижней размещался балласт, придававший судну остойчивость; выше была жилая палуба. Стоя на третьей палубе, матросы управлялись с парусами. Наконец, на верхней палубе были выставлены пушки.


Так выглядят суда китайских рыбаков сегодня. Считается, что они мало изменились с начала XVI века.  
Так выглядят суда китайских рыбаков сегодня. Считается, что они мало изменились с начала XVI века.
 
Уже в те времена китайские корабелы оборудовали суда герметичными переборками, что в Европе стало применяться лишь в XVIII веке.

Поэтому, получив незначительную пробоину в какой-нибудь части корпуса, корабль оставался на плаву.

В морях и океанах ориентировались по звездам, пользовались компасом.

Капитаны кораблей, служившие под началом Чжэн Хэ, наносили путь, пройденный судном, на линованную карту. Правда, понятия долготы и широты были еще неведомы китайским мореплавателям.

Использовали они и опыт, накопленный арабами. Так, на китайской карте, изображающей Африку и датируемой 1402 годом, показаны Нил, Судан и Занзибар.

Очертания континента переданы довольно точно: треугольный профиль, обращенный вершиной к югу. Европейцы тоже считали Африку громадным треугольником, однако вершину его направляли на восток.

Возможно, сведения об Африке китайцы почерпнули отнюдь не из вторых рук. Судя по археологическим находкам, сделанным в Восточной Африке, китайцы довольно рано установили торговые отношения с этим регионом.

По всему побережью — от Сомали до Занзибара — встречаются многочисленные фарфоровые черепки и монеты, относящиеся к династиям Сун (960—1279) и Мин (1368—1644). Еще в 1154 году арабский географ Аль-Идриси сообщал о появлении китайских торговцев на африканских рынках.

Адмирала Чжэн Хэ не очень-то интересовали торговые дела. Для него важнее было возвеличить своими деяниями Поднебесную империю, утвердить власть Китая над всеми народами, жившими на берегу океана и на его островах.

Он покорял страну за страной без особых усилий, без риска. За годы плаваний он всего трижды попадал в опасные переделки, но всякий раз его воины брали верх. В истории мореплавания трудно найти другой пример подобного бескровного покорения мира.

Обычно, как гласит история, раз к берегу приближается неприятельский флот — жди выстрелов из пушек. Солдаты Чжэн Хэ не действовали огнем и мечом, не грабили города, не захватывали рабов, не строили крепости, не обращали «язычников» в свою веру.

Наоборот, в вопросах веры они проявляли крайнюю терпимость. Пример тому — памятник, сохранившийся в городе Галле на Шри Ланке: каменная табличка, датированная 1409 годом. Надписи, сделанные на ней, рассказывают о прибытии адмирала Чжэн Хэ.

Выполнены они на трех языках и обращены к трем богам. Китайский текст превозносит могущество Будды, персидская надпись прославляет Аллаха, а тамильская — воздает хвалу индуистскому богу Вишну.

Кроме того, каждый из «богов всех стран» удостоен был тысячи золотых и пяти тысяч серебряных слитков, ста тюков шелка и 3300 литров благовонных масел. Им преподнесены были также разнообразные культовые бронзовые фигурки.

Всякий раз по возвращении флотилии в Китай император выказывал искреннюю радость. Вновь и вновь он направлял Чжэн Хэ в западные моря.

До 1433 года адмирал предпринял семь экспедиций. Его корабли причаливали к побережью Никобарских и Мальдивских островов, бывали в гаванях на берегу Персидского залива, в Адене, Могадишо (Сомали), Малинди (Кения), на Занзибаре.


  
   
Морские операции достигли такого размаха, что адмиралу пришлось поделить свой флот.

Тихоокеанская эскадра, созданная им, посетила острова Рюкю (близ Японии), Филиппины, Борнео и Тимор.

Кстати, остров Тимор лежит всего в шестистах километрах к северу от Австралии.

Таким образом, китайские мореплаватели едва не открыли пятый континент.

Давно была позабыта главная цель экспедиций.

Мало кто вспоминал, что армада кораблей тронулась в путь только для того, чтобы поймать законного императора, свергнутого его дядей, узурпатором Чэнцзу.

На второй план отошли и дипломатические мотивы.

Теперь мореплавателей интересовали, прежде всего, диковинные животные, растения, снадобья, драгоценные камни и слоновая кость.

Все находки доставлялись во дворец императора и в его зверинец. Возвращение адмирала Чжэн Хэ неизменно вызывало в столице фурор.

Особенно запомнилось хронистам событие, происшедшее в 1414 году. В тот год китайцы впервые увидели живого жирафа.

В 1424 году император Чэнцзу, покровитель прославленного флотоводца, умер. Новые правители Поднебесной доверяли советам чиновников-конфуцианцев, а не нашептываниям честолюбивых евнухов.

Прагматичные столоначальники посчитали, что морские плавания разорительны для казны. К чему сие рвение?

Арабские и индийские купцы и так заискивают перед Китаем. Недаром в гавани Кантона скопилось множество торговых судов из этих отдаленных стран. Их капитаны жадно скупают китайский шелк и фарфор.

Итак, чиновники решили, что флот является для страны ненужной, непозволительной обузой.

Вместо кораблей надо строить амбары, в которых хранились бы запасы зерна на случай голодной годины, вместо путешествий на сказочные Мальдивы следует рыть каналы и прокладывать дороги, дабы проще было добраться до отдаленных сельских районов Поднебесной.

Когда в 1433 году Чжэн Хэ возвратился в Срединную империю, он увидел, что по воле новых правителей страна отгородилась от внешнего мира.

На Китай опустился «шелковый занавес».

Преемники Чэнцзу строжайшим образом запретили путешествия в другие страны. Ослушникам, покидавшим Китай, грозила — в случае их поимки — смертная казнь. Придворные чиновники уничтожили или «потеряли» большую часть донесений Чжэн Хэ.


  
   
В 1474 году из четырехсот военных судов в Поднебесной осталось всего 140 кораблей.

Начиная с 1500 года, строительство крупных морских джонок считается особо тяжким преступлением.

Корабли спешно уничтожают, моряков арестовывают. Морские плавания приравниваются к измене родине.

Предприимчивый Чжэн Хэ, слуга Китая, не дожил до этих тяжких времен.

Он умер в 1433 году в возрасте 62 лет.

Его экспедиции по праву можно сравнить с плаваниями другого знаменитого первооткрывателя — португальца Васко да Гамы, совершившего в 1497 — 1499 годах плавание из Португалии в Индию. Впрочем, португальцу никогда бы не снискать славы, если бы не внезапные перемены в китайской политике.

Если бы не это обстоятельство, китайские моряки еще в первой половине XV века непременно достигли бы берегов Европы, и Васко да Гаме пришлось бы плыть уже известным маршрутом.

Однако эпохальное открытие так и не состоялось. Китай повернулся ко всему остальному миру спиной.

Слава о подвигах адмирала Чжэн Хэ не достигла Европы, а в Китае память о нем вскоре была искоренена.


В избранное (17) | Просмотры: 25398

Комментировать
RSS комментарии

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь.